в начало
Параметры
Что искать
Где искать
Сортировать

Нет результатов

Надежда Мининфраструктуры:
кто спасет концессию

Замминистра инфраструктуры Надежда Казначеева рассказала ЦТС о перспективах концессионных проектов, мозговом РРР-центре, списках объектов для приватизации, жизненной философии и мотивации.

Ольга Быстрицкая 23 августа 2016

Надежда Казначеева говорит, что тратит очень много личного времени на общение с инвесторами. После 15 лет работы в бизнесе она знает, что для того, чтобы инвестор зашел в Украину, нужно провести большую работу. В министерстве сейчас намерены полностью изменить подход в отношениях между инвестором и государством.

Надежда говорит, что раньше все нужно было делать в ручном режиме. “Тебе нужна концессия - ты и прокладываешь дорогу. Должно быть по другому - нужно не кому-то, а государству выгодно, чтобы инвесторы заходили с финансовыми ресурсами и технологиями. Поэтому именно государство должно создать приемлемые условия…”.


Вы уже освоились в МИУ? Вам тут нравится? Оправдались или нет Ваши ожидания?

Сложно сказать… Факт того, что я здесь уже почти три месяца, наверное, говорит о том, что нравится. Но, знаете, - это работа. Она не совсем должна нравиться или нет - ее нужно выполнять. Есть свои нюансы, ограничители, тонкости, приходится менять стиль работы, но мне уже легче, чем в первые 3-4 недели.

Какие задачи поставил перед Вами министр, когда Вы пришли?

Мой функционал - это управление госпредприятиями, которые находятся в управлении МИУ. Одна из задач - подготовить и как можно быстрее передать предприятия на приватизацию в ФГИУ. Вторая - развитие нового инструмента привлечения инвестиций - государственно-частное партнерство в виде концессии, совместной деятельности или управления.

Глобально, стратегия министра и нынешнего Кабмина - децентрализация и разгосударствление. Я надеюсь, что все мы понимаем, что, к сожалению, государство никогда не было и не будет эффективным собственником. Я общаюсь со многими финансовыми институтами, посольствами, инвесторами и на сегодняшний день ни у кого нет сомнений, что основной центр коррупции находится не в министерстве, а на местах. Поэтому наша задача -  передать на прозрачную приватизацию те активы, которые не эффективно управляются; а по тем, которые остаются в госсобственности, - повысить качество менеджмента, привлечь инвесторов. В данном вопросе активно работаем над таким инструментом, как концессия.

Концессия - это своего рода подготовка к потенциальной приватизации за счет средств инвестора.

(Надежда берет ручку и начинает схематично изображать это выглядит)

Смотрите, если у нас есть актив и если он не эффективен - мы его сразу отдаем на приватизацию. Если актив плохой, но мы понимаем, что с ним можно сделать какой-то «тюнинг» - мы его отдаем в концессию, например на 25 лет. Инвестор все отстраивает, налаживает процессы, ведет свою деятельность, зарабатывает, и через 25 лет он завершает свою деятельность и оставляет государству все, что построил. В итоге, через 25 лет мы получаем хороший актив, с инвестированными туда средствами и технологиями, который стоит уже в разы дороже. То есть концессия - это своего рода подготовка к потенциальной приватизации за счет средств инвестора. 

Какие именно объекты будут отданы на приватизацию, а какие в концессию?

Мы работаем с ФГИУ над малой и средней приватизацией. Есть список девятнадцати объектов государственной собственности, которые мы должны передать ФГИ в 2015-2016 гг, утвержденные Постановлением КМУ. Мы подали новый список, чтобы исключить, в частности, порты из списка объектов, не подлежащих приватизации, и иметь возможность избавить эти предприятия от непрофильных активов, и таким образом подготовить их для прозрачных инвестиционных конкурсов в виде государственно-частного партнерства (ГЧП). Порт должен заниматься портовой деятельностью, а не управлять гостиницами или аквапарками.

Порт должен заниматься портовой деятельностью, а не управлять гостиницами или аквапарками.

 

О "домашней работе" и новом Законе о концессии

Что необходимо для того, чтобы первый концессионный конкурс все же состоялся?

Первое, что необходимо - это нормальное законодательство и четкие процедуры. В этой связи МЭРТ инициировало обращение в ЕБРР с целью предоставления технической помощи для анализа существующего и разработки нового закона о концессии, а также четкой концессионной политики.

Термины "концессия" и «ГЧП» очень модные и популярные сегодня, однако больших, прозрачных проектов в инфраструктуре до нынешнего дня не было. По статистике, в Украине за время независимости было осуществлено порядка 300 концессионных проектов. Возможно, они есть. Но Вы, наверное, о них ничего не слышали, так же, как и я.  Мне бы хотелось, чтобы первые концессионные проекты в инфраструктуре  были другого, более высокого, уровня качества и масштаба.

По статистике, в Украине за время независимости было осуществлено порядка 300 концессионных проектов. Возможно, они есть. Но Вы, наверное, о них ничего не слышали, так же, как и я.

ЕБРР оглашал конкурс, в котором выиграла компания Hogan Lovells. В какие сроки будет разработан Закон о концессии? И почему существующие законы не работают?

Концессионная деятельность в Украине регулируется одновременно четырьмя концессионными законами, а также Законом Украины «О государственно-частном партнерстве», но они не гармонизированы и абсолютно не investment friendly. Hogan Lovells занимается проектами в области ГЧП по всему миру. До конца этого года они должны разработать законопроект и предложения по изменению  подзаконных актов. Также, по плану до начала октября они должны разработать документ, описывающий пошаговую политику ГЧП/концессии, начиная с того, какой государственный орган должен это делать, и заканчивая тем, какие процедуры должны быть, лучшие практики, и т.д. Есть отличия в проведении концессии в мировой практике, поэтому их задача – собрать лучшую практику и адаптировать ее к локальным (украинским) особенностям. Например, в разных странах различные органы проводят концессиию - где-то ФГИ это делает, где-то есть специальное госагентство. Как будет в Украине – мы пока не знаем. Сейчас наше законодательство говорит о том, что концессию делает орган управления имуществом, которое будет передаваться в концессию, другими словами мы, как Министерство инфраструктуры. 

Насколько я знаю, большая сложность заключается в том, что в процессе концессии принимает участие слишком много ведомств, как минимум, это КМУ, МИУ и местные власти. Может, будет какое-то упрощение?

Вопрос не в упрощении, а в понятном и простом механизме, процедуре. Раньше все нужно было делать в ручном режиме. Тебе нужна концессия - ты идешь и прокладываешь дорогу, разрабатываешь механизмы. Должно быть по другому – мы должны осознать и принять, что не кому-то нужно, а государству выгодно, чтобы инвесторы заходили с финансовыми ресурсами, новыми технологиями, процессами, культурой, в конце концов.  И именно государство должно создать условия, чтобы инвестор захотел прийти именно в Украину, а не в Бразилию или Турцию, например. В этом плане наши предприятия конкурируют не друг с другом, а с аналогичными портами, аэропортами других стран.  Для меня странно, что только сейчас активизировалась работа по этому вопросу. 15 лет моей предыдущей практики в бизнесе сводились к привлечению инвесторов в Украину, поэтому знаю, что нужно предложить инвестору (какой контент) и какие условия для них приемлемы.

Именно государство должно создать условия, чтобы инвестор захотел прийти именно в Украину, а не в Бразилию или Турцию

Но пока новый проект закона по концессии не готов, что Вы делаете?

Мы делаем домашнюю работу. Помимо участия в рабочей группе по написанию законопроекта и политики по концессии,  а по двум портам (Херсон и Октябрьск) мы планируем подготовить пакет минимально необходимых документов, который станет основой для концессионного конкурса, а именно: технический проект, финансовая модель, экологическая оценка и правовая экспертиза. Мы активно ведем диалог с мировыми финансовыми институтами, фондами, для оказания нам технической помощи по этому процессу. В частности, для порта Октябрьск ЕБРР  уже подтвердил выделение финансово- технической помощи на разработку предпроектной документации. Это будет своего рода бизнес-анализ перспективы проведения концессии на территории этого порта.

Пока процесс не выписан международными консультантами, мы видим это так: сначала мы проводим свою домашнюю работу, потом принимается новый закон и утверждается политика проведения концессии, после чего мы сможем объявить конкурс. Пока это на уровне мечты, но тем не менее. Параллельно сейчас мы можем проводить предварительные переговоры с потенциальными инвесторами, чтобы они в  момент, когда будет все готово, смогли подать заявки и участвовать в концессионном конкурсе.

Я знаю, что будет создаваться РРР офис, расскажите о нем подробнее?

Я бы скорее назвала его мозговым центром, нежели офисом. В Украине очень мало или почти нет специалистов по концессии, которые были бы не теоретиками, а имели бы практически опыт закрытия успешных концессионных сделок. Поэтому у нас возникла идея создать такую команду людей, которая, вне зависимости от органа управления, на ежедневной основе будет заниматься подготовкой концессионных проектов, наполнением контента, общением с потенциальными концессионерами (инвесторами), а в последствии, и отслеживанием результатов концессии, их соответствия условиям и выполнения требований и условий государства.

Директора портов Валенсии, ОАЭ готовы в качестве советников приезжать и оказывать консультационную помощь нашей команде.

Когда мы пришли с этой идеей, в частности к ЕБРР, мы услышали поддержку с их стороны, поскольку этот проект позволит  институционализировать механизм концессии. Директора портов Валенсии (Испания), ОАЭ, в которых был проведен ряд успешных сделок, готовы в качестве советников приезжать и оказывать консультационную помощь нашей команде.

Читайте также Серый кардинал Мининфраструктуры - интервью с Дмитрием Роменским

 

О первых концессионных проектах

Почему в качестве пилотных проектов были выбраны МТП Херсон и МТП Октябрьск?

На этих двух портах мы хотим отработать механизм концессии и показать инвесторам, что это возможно и  потом уже перейти к более крупным объектам

Все же, два пилотных проекта не может быть. Какой будет первым?

Пока мы идем параллельно по двум проектам. На тот момент, когда будет готов предпроект (prefeasibility study), и там, где мы увидим наибольшую  заинтересованность от инвесторов - туда мы и направим наши усилия. Это не означает, что второй проект бросим, нет. Над ним работа будет идти параллельно, чтобы за первым, надеюсь успешным пилотным проектом, последовал не менее успешный второй, третий. Чтобы не получилось так, что один пилот сделали и потом опять три года ждем следующего.

Инвестор – это не благотварительная организация, он должен заработать.

Еще один из концессионных проектов - это парковка аэропорта Борисполь. Почему он не был выбран в качестве пилотного?

Мы все думали, что это  небольшой проект, на котором  можно было бы попытаться отработать механизм концессии, чтобы перейти к более дорогим и сложным, но есть нюансы. Первое - его стоимость  порядка 10 млн долларов, а это немного для тех инвесторов, которых мы бы хотели видеть в виде операторов. Второе - концессионеров на данный проект немного, или даже очень мало, потому что с точки зрения бизнеса - это не совсем инвестиционно привлекательный бизнес, при этом он очень нишевый. Я говорила с несколькими операторами, которые по миру управляют парковочным бизнесом, и мнения практически всех свелись к данному выводу. В конце концов, мы должны понимать, что инвестор – это не благотварительная организация, он должен заработать. Оценочный срок окупаемости этого проекта, по их мнению, более 20 лет. Поэтому  на сегодня министерством, в том числе, рассматривается возможность достройки парковки собственными силами аэропорта Борисполь.

После визита Президента в Малайзию появилась новость о том, что аэропорт Борисполь тоже могут отдать в концессию...

Возможно, стоило бы обратить на это внимание. Отдать аэропорт в концессию - это, наверное, правильно, и во многих странах эта практика успешна. Но опять-таки  - технически  механизм у нас еще не отработан.

Не совсем верю в реализацию дорожной концессии в Украине в ближайшие 5-7 лет.  

В Украине могут быть концессионные дороги?

Концессионные дороги -  один из вариантов развития автодорожной отрасли, и, как опция, конечно существует, но пока это тоже наша общая мечта… Не совсем верю в реализацию дорожной концессии в Украине в ближайшие 5-7 лет.  

Об инвесторах

На какого инвестора Вы рассчитываете - иностранного или отечественного?

Мы рассматриваем всех инвесторов. Наша основная задача – это проведение максимально прозрачного, конкурентного конкурса. Чем больше инвесторов будет заинтересовано, тем эффективнее будет и результат конкурса для государства; поэтому мы открыты и говорим с любым инвестором, который будет соблюдать условия конкурса.

Мы хотели бы видеть в наших портах китайские компании - Нutchison Port Holdings, COSCO, China Merchants Group, а также таких мировых лидеров: DP World, APM Terminals, PSA International.

Конечно, мы бы хотели привлечь инвестора с мировым именем. В частности, мы хотели бы видеть в наших портах китайские компании - Нutchison Port Holdings, COSCO, China Merchants Group, а также таких мировых лидеров, как DP World (ОАЭ), APM Terminals (Maersk Group), PSA International (Сингапур), прочие. Наверняка, их аппетит больше, чем те проекты, с концессией которых мы хотим стартовать (Херсон и Октябрьск). Но у нас уже есть понимание, что, например, ArcelorMittal хочет развивать и строить новый терминал в Октябрьске на условиях концессии, а также ряд других инвесторов, которые сейчас изучают рынок, условия, объекты. Поверьте, я трачу много времени на общение с инвесторами, для того, чтобы убедить их прийти в Украину. Инвестбанки, между прочим, берут за это большие деньги.  

Но все же хочется, чтобы это было громкое имя?

Сегодня наши проекты и сам процесс концессии поддерживаются такими институтами, как  ЕБРР, Мировой банк, USAID, IFC, аудиторскими компаниями большой четверки… Я уже не знаю, какие еще должны быть имена. Работаем над привлечением международных инвесторов.

Андрей Пивоварский часто говорил о том, что инвестиции должны быть качественными. У вас есть какие-то критерии к инвестору?

Инвестиции должны быть. Это раз. Они должны быть интересны инвестору и выгодны государству – это два. Качество зачастую достаточно субъективное понятие, его сложно оценить и измерить. Нам важен, прежде всего, грузопоток, если речь идет о портах, и привлечение мировой практики ведения бизнеса.

После неудачной истории с приватизацией Одесского припортового завода, Вы не боитесь такой же ситуации?

Как бывший инвест-банкир я активно слежу и за процессом подготовки, и за самим конкурсом. Во-первых, я надеюсь, что, несмотря на все пессимистичные прогнозы и оценки, приватизация ОПЗ все же завершится в этом году. Во-вторых, страшно всегда. Жить тоже страшно. И я тоже боюсь, но глаза боятся - руки делают. Хочу, чтобы все понимали - нам нужны инвесторы. Я знаю их логику - если хоть один инвестор зайдет в Украину, вложит деньги и  будет успешно реализован пилотный проект по концессии, то остальные тоже повернутся к нам. Поэтому нам так важен пилотный проект с точки зрения публичности, прозрачности и поддержки со стороны всех заинтересованных сторон и общественности.

Если хоть один инвестор зайдет в Украину, вложит деньги и  будет успешно реализован пилотный проект по концессии, то остальные тоже повернутся к нам.

О политической воле

Это же не первая попытка сделать концессию. Велика вероятность, что Вам не позволят, что не будет политической воли...

Что такое политическая воля на сегодняшний день? Она имеет какое-то имя? Если да, то я готова идти и объяснять, почему это важно и нужно делать…

Верховная Рада может быть этим именем….

Хорошо, пойдем в Верховную Раду. Я уверенна, что мы убедим парламент, потому что заинтересованных лиц очень много. Мы общаемся с бизнесом на уровне рабочих групп и они поддерживают нас, потому что понимают, что это действительно эффективный и прозрачный механизм развития инфраструктуры. 

О философии жизни и мотивации

Много ли Вы времени тратите на работу?

Много… Но во всем должен быть баланс – это моя философия жизни. Если ты будешь 24 часа в сутки проводить на работе и не видеть свою семью - ты не будешь эффективным ни в одном, ни в другом. У меня нет обеда, перерывов,  кофе пауз - я работаю много и эффективно.  Стараюсь быть эффективной в будни на работе, и эффективной мамой/женой по выходным. Ведь мы должны заботиться не только текущими реформами, но и растить новое, качественно другое поколение. С ними будет рывок, я в этом уверена.

Вы стали как-то по-другому смотреть на работу государственного органа?

Да, более лояльно и понимающе.

Мы должны заботиться не только текущими реформами, но и растить новое, качественно другое поколение. С ними будет рывок, я в этом уверена.

Какие у Вас цели на ближайший год, три, пять?

Я бы не говорила про цели на год или три. Мне как человеку, который ориентирован на результат, а не на процесс, интересно не только начать, но и успешно завершить какой-то проект.

Возможно, это звучит идеалистично где-то, но да, я хочу, чтобы государственные предприятия на равных конкурировали с частным бизнесом, чтобы государство управляло только стратегически важными объектами, а не тремя с половиной тысячами предприятий, из которых – половина находится в стадии ликвидации. Нестратегические активы должны быть переданы частному инвестору через приватизацию, концессию как можно быстрее.

Да, я хочу привлечь качественного инвестора в государственные активы и, чтобы можно было сказать: этому инвестору мы помогли зайти в Украину, и благодаря этому были созданы дополнительные рабочие места, завезены новые технологии, разработаны новые продукты.

Как долго Вы планируете оставаться на госслужбе?

Если Вы посмотрите мою биографическую справку, то увидите, что последние 10 лет я работала в одной компании и имела карьерный рост внутри.  Не прыгаю  с места на место в поисках лучшего места под солнцем. И я Вам могу рассказать такую историю: когда я пришла устраиваться на работу к своему бывшему работодателю он спросил, какие у меня планы на пять лет? Мой ответ был таким: я буду у Вас работать до тех пор, пока мне будет интересно. Со временем, это стало некой шуткой, но каждый год по истечению определенных результатов, мой руководитель интересовался, интересно ли мне до сих пор?  Поэтому, и здесь я могу сказать, что до тех пор, пока мне интересно, я буду работать. Я не получаю удовольствия от процесса. Меня драйвит  и мотивирует результат.

 

Читайте также У меня полный карт-бланш, - Юрий Лавренюк о борьбе с коррупцией в Мининфраструктуры

Если вы заметили ошибку, выделите необходимый текст и нажмите Ctrl+Enter, чтобы сообщить об этом редакции.